Нужен, как воздух!

barry keoghan

Энцо Фавара, 26+ y.o. Краткая информация:

я ненавижу тебя;
Сказала она год назад, когда юного помощника главного по безопасности семьи Гонзалез представили мисс Блэр. Какой вздор - вечный присмотр и надзор с подробным отчетом о передвижении нашему отцу. И почему? Всего лишь нелепое недоразумение, и отец нажил себе врагов, а самое драгоценное, что ему могут предъявить в случае, если сорвется сделка/пойдет что-то не так - его прекрасные дочери. Подруги смехом сокрушались, называя его сексуальным дополнением, подружки-итальянки называли ласково-оскорбительно "carusu". И только Блэр его не переносила.
Она не переносила его манеру держать осанку слишком прямо, надменно подобно идеализированным греческим статуям. О, она ненавидела его чистый, мыльный с ноткой табака запах, который он скрывал мятной жвачкой (и в отличии от других охранников Гонзалез, он никогда не курил при Блэр, но Би точно знала, что он курит). Она презирала его глаза. Пленительно голубые, как море, внимательно следящие за ней, видящие абсолютно все, заглядывающие под подол ее платья, под слой косметики, под ее кружевное белье  и под ее саму - высокомерную маску дочери олигарха. Ух, туда она никого не пускала.
Итальянец говорил ровно, без акцента, но с тем самым сицилийским придыханием, от которого у нее сводило скулы, напоминая о запретах отца, о границах, которые ей не следовало переступать. Она парировала колкостями о том во что он ввязался, будто бы у него был выбор, приправляя все историческими шутками о его происхождении - знает, как ударить его больнее. И самое неприятное - о его чувствах (или ее?), когда он стоит по ночам под дверью ее спальни и слушает, как она стонет под телом очередного "парня для развлечений" // если повезет, то он будет слышать лишь ее ночное дыхание, но только в момент, когда она сама перейдет в беззащитное положение собственных чувств. А в целом - он молчал. Всегда молчал в такие моменты от чего Блэр еще больше выходила из себя.
Открытие кабаре и переезд был воспринят Энцо неоднозначно, однако, в мир роскоши и творчества на острове Эль Тропикано он все-таки направился. Кабаре «Гонзалез» стало убежищем для близняшек, их вторым домом, где воздух пах красотой прекрасных творческих тел и дорогим виски, а на сцене женщины в перьях умирали и воскресали под звуки блюза. Обычно Энцо садился за столик в самом темном углу, заказывал минеральную воду и смотрел. И не на красоту танцев других женщин, а исключительно на нее. На то, как она двигается, как приветствует вип-гостей, как принимает комплименты и равнодушно отводит руки банкиров, пытающихся положить ладонь на ее талию. Он знал каждое ее движение (или телодвижения), знает, что она устает к третьему часу, как у нее дрожат пальцы, когда она зажигает сигарету, когда ходит на перекур, и он сопровождает ее, угощая очень-очень горячим кофе.
Однажды, он исчез. И это разбило Блэр сердце. Она с упоением вспоминала, как он возил ее по ночному городу в бронированном автомобиле, и она, пьяная от усталости и свободы, иногда клала голову на холодное стекло окна. Он смотрел на нее через отражение зеркала - внимательное и обеспокоенно. Он открывал ей дверь, когда она выходила из автомобиля, протягивая свою руку, чтобы ее тоненькие пальчики на долю секунды задерживались в его руке. Он стоял за кулисами, когда она переодевалась, и слышал, как она напевает грустные мелодии, думая, что ее никто не слышит. Он знал, какие духи она носит по вторникам, и в какой кофейне она пьет латте, когда хочет сбежать от мира. Он знал ее больше, чем любой из ее любовников. И именно это сводило ее с ума. Она сама пыталась избавиться от него. Просила отца заменить охранника, жаловалась на навязчивость, на близость, на то, что он слишком-слишком. Отец, хитрый старый лис, только усмехался и гладил ее по голове, рассуждая вслух о том, как Фавара смотрит на нее, что у того нет других женщин, нет семьи, нет дома, а единственная любовь -  работа.
я ненавижу тебя, но хочу, чтобы ты вернулся.
Возможно, это было испытание для Блэр, испытание ее чувств, ее мыслей, ее восприятия жизни. Она так отчаянно боролась против Энцо, что и не заметила, как втянула себя в клубок запутанных эмоций. Она влюблена, она беззащитна (во всех смыслах), она жаждет его возвращения. И что будет, когда он вернется? Начнется все с самого начала или позволит ему управлять ей? Вряд ли Энцо способен на подлость, на эмоциональное манипулирование (это оставим за Блэр), но точно знает как подчинить, как заставить ревнивую_собственницу пострадать и отдаться их запретной связи.
Почему запретной? Пусть будет что угодно. От жениха, которого нашел отец для укрепления каких-то связей до полного запрета в договоре на отношения с объектом охраны. Пусть будет что-то жаркое, горячее и запрещенное. И немного об отсылках: да, я поиграла в Mafia old country и захотела попробовать в богатая_девочка - обычный парень и запрещенная любовь. Не осуждайте! А ещеее, у Блэр есть сестра-близнец, не знаю, но вдруг вы захотите треугольник. Я буду не против. (но это не точно!). Да, я играю горяченькое, поэтому будьте готовы к этому! (но и стекло пожевать можем между делом).

Нужен, как воздух!

paul anthony kelly (only!!!)

Джон, 35+ y.o. Краткая информация:

Оди было восемнадцать, когда она познакомилась с Джоном. Она отчаянно искала работу, пробовала разные сферы и через знакомых ей удалось пробиться на собеседование "помощницы" в политический журнал «The Capital Review». Тогда она еще не связала себя с пиаром, связями с общественностью, не продвинулась как смм-специалист, а просто хотела заработать на первый курс университета за год. Ей нужно было всего двадцать тысяч долларов, и она была готова работать по двенадцать часов, делать кофе, носить бумаги, перебирать архивы - все, что скажут, лишь бы получить эти деньги. Джон же наблюдал за молодой специалисткой. Она была необычной внешности, позиционировала себя, как специалист (коим не особо являлась), он дал ей возможность проявить себя - поручал сложные задания, которые не давал другим стажерам. Она справлялась. Она работала как проклятая, ночами сидела в архивах, чтобы утром принести ему безупречный отчет. Через три месяца он пригласил ее в свой кабинет. Не для того, чтобы уволить, а чтобы предложить помощь в оплате обучения с текущего года. Стипендиальная программа в университете Джорджтауна. Полное покрытие и место в топовом журналистском проекте. Все, что она хотела.
Но был подвох, который она ожидала. Джон сказал ей, что она талантлива, что он видит в ней потенциал, который нельзя тратить на кофе и архивы, что он готов помочь, но взамен - быть его. С ним. Почему бы и да? Она молода, амбициозна, а он хоть и старше, но прекрасен. Их первая ночь состоялась через неделю после того, как она подписала документы на стипендию. Шли годы. Свидания за свиданиями и конец сделки был близок. Одилия не особо хотела соскакивать с этой сделки, хотела остаться рядом с Джоном, возможно, хотела большего и на этом остановилась. После того, как она получила диплом - исчезла. Вошла в свое дело.
Они встретились спустя годы. Одилия - на острове. Он - ее клиент. Она - его любимая шлюха. Он - просто ее первая любовь. И каким же кайфом было для нее быть нужной, любимой им. Не проводить ночи с кем попало, а во власти объятий в хорошем номере отеля (или если осмелится - в его особняке на острове). И даже о ее выкупе из борделя он точно подумывал.

Опционально.
1. Скорее всего он - женат. Возможно, жена знает о его похождениях, а лучше всего - разделяет их. Они могут быть вдвоем на острове и вдвоем развлекаться здесь (думаю понимаете о чем я).
2. Хочу, чтобы персонажи были зависимы друг от друга. Этакие качели, когда расстались (и Оди исчезла неожиданно) до объединения. Хочу быть наказанной, хочу быть желанной, больше горяченького!
3. Хотите тройничок? Пожалуйста! Я только за, но оцените свои способности удовлетворить игрой и общением двух дам :3.
4. Что о Джоне? Я думаю, что он владелец политического журнала, родился в семье политиков (его отец конгрессмен или мать), сам пошел по их стопам в политику, но на данный момент руководит журналом и баллотируется в конгресс. В общем - серьезный дядька, у него есть семья (и если жена будет Sarah Pidgeon, то я отдамся вам в рабство сама).
В целом - очень жду, готова обменяться постами, если потребуется.

Нужна, как воздух!

Jessica Alexander

Эмили Джейн Белл (Emily Jane Bell), 22 y.o. Краткая информация:

Ты выросла в семье школьного учителя и медсестры. В школе тебя называли "мышкой" как отличницу, которая носила очки, стеснялась своего роста (в 14 лет уже была 175 см), ты не была изгоем, а просто как бы невидимкой, с отдушиной - видео Майкла Джексона, Missy Elliott и бойз-бэнды 90-х, под которые ты танцевала в спальне, пока мать думала, что учишь химию. В 16 лет случайно наткнулась в парке на джем-сейшн уличных танцоров. Это был стиль, где предусматривалась быстрая работа ног, скольжения, дерзкие перестроения, простояла почти час, а потом подошла и сказала - научите. Парни и девушки посмеялись, но дали попробовать. Это стало началом нового хобби, ставшего профессиональным хобби, раскрывшим талант, способности и вложения огромного труда в уличные танцы. Через короткое время уже пошла смена имиджа "кроссовки вместо учебников", ты начала снимать свои первые "баттлы" под биты, которые сама нарезала из старых записей. Через какое-то время ещё просмотры стали расти, тебя заметили, твой блог стал раскручиваться, пошли комментарии типа "почему она двигается, как вода"?. Или "у неё ритм в позвоночнике". У тебя из своей же среды появились агенты, продвигающие тебя, выработался стиль, где ты разительно отличалась от гламурных танцевальных блогеров, предпочитая выглядеть как "своя" - толстовки Vintage Nike, мешковатые джинсы (никогда не легинсы), кроссовки только зашнурованные наполовину и никаких гламурных причёсок. Далее новый вызов правилам танца, когда появились ролики, где ритм задавал не конкретный трек, а, к примеру, уличный шум - смесь звука закрывающейся машины и шагов по лужам, или ритм стройки. Или вирусный ролик, взорвавший интернет - танец под звук лондонского метро (дзынь турникетов, объявление "Mind the gap", стук колёс) и уже раскрученный ник EJ Bell, идеально подходящий тебе, потому что ты могла зажечь даже под колокол Биг Бена (офицер тайной полиции так скучает по прогулкам в Лондоне). К 21 году уже солидное число подписчиков, множественное участие в различных баттлах, и готовность к новой ступени известности.
22 года. Точка невозврата. Ты жила в съёмной квартире вместе со своим бойфрендом, который был партнёром по танцам и твоим импрессарио, вы вместе нарезали связки, вместе ездили на баттлы, вместе пили дешёвый кофе в придорожных забегаловках после ночных джемов. Он знал все твои цифры и пароли.
Однажды ты вернулась домой раньше обычного. Ключ повернулся в замке тихо. Ты не хотела его пугать, просто забыла зарядку для телефона. Зашла в спальню. Увидела. Всё. Секунду стояла молча. Потом скинула с плеча рюкзачок, закинула туда запасные кроссовки (зашнурованные наполовину, конечно), толстовку, вторые джинсы.
  - Эм, давай обсудим…
Ты послала его в такой форме, что даже девушка на кровати прикрыла лицо простынёй. Ушла. Хлопнула дверью. Навсегда. Верность для тебя канонична. Никаких измен.
Он попытался отмазаться через договоры. У вас было юридически оформлено партнёрство. Он вёл рекламу, брал процент, имел доступ к твоим каналам. Но и ты к тому времени уже обрастала знакомствами. Через три дня твои интересы представлял адвокат. Через неделю разрыв всех соглашений с формулировкой "грубое нарушение доверия и моральных обязательств". Он попал на неустойку, и немалую. Ты ушла в минус, но он в больший минус.
Бывший не был дураком. То, что ты ушла, ещё не значило, что блог умрёт. Наоборот, зрители любили тебя, а не его биты. Ему нужно было решить три задачи:
  - Устранить конкурентку потому что твой рост без него обесценивал его как импрессарио.
  - Компенсировать неустойку, которую ему присудили.
  - Показать рынку, "без меня звёзды затухают".
  Схема родилась быстро. Через знакомого знакомого он вышел на людей, которые "организовывали командировки за границу". Ты думала, что получила крупный оффер, огромный гонорар, частная виза. В реальности тебя встретили рейдеры. Ты очнулась в тропическом аду, где девушек продают пожилым толстосумам. А бывший в это время, вполне вероятно, ужинал в ресторане, смотрел на пустой профиль в соцсетях и думал "ну вот. Затихла. Как я и говорил".
Так ты оказалась в гильдии с другими девушками. Тебя переодели надзирательницы, сняли кроссовки, очки тоже забрали, но ты уже давно носила линзы, просто старые привычки остались.
Выводили по одной. Ты ждала своей очереди, слушала обрывки разговоров охраны, потом заметила меня с моей компаньонкой по бизнесу.
Я стоял почти в конце зала. Молодой, в отличии от прочих, с выправкой, что даже без мундира было видно. Я обсуждал дела с компаньонкой. Ты подобралась ближе, насколько могла. Краем уха услышала:
  - …канал запускается через месяц. Нужны лица. Не просто тела, а история. Говорят, сюда попала звезда блогов. Эту нельзя упустить.  Вон та, высокая. Англичанка. Стиль особенный.
Я скользнул по тебе взглядом без эмоций, оценивающе, но не как самку в тот момент.
Рядом, в двух шагах, пожилой мужчина в дорогом полотняном костюме уже приценивался к тебе. Спросил у сопровождающего "гибкая? Сколько просите"? Ты видела его сальные глаза, мокрые губы. Тошнота подкатила к горлу. Охрана на минуту отвлеклась. Я оказался рядом с тобой почти случайно, или не случайно, ты не стала гадать. Шагнула вперёд и проявила инициативу.
  - Вы должны купить меня.
Я поднял бровь. Не прогнал. Не позвал охрану.
  - Простите, я невольно подслушала ваш разговор. - Продолжила ты быстро, почти шёпотом. - Я та, которая вам нужна. Меня знают в Лондоне, Манчестере, меня репостили. Я танцую под что угодно, от метро до стройки. Я не боюсь камеры. Я умею работать без музыки. Я умею работать в кадре. Вы говорили про музыкальный канал. Вам нужно лицо. Я это лицо.
Я молчал, слушал. Ты видела, что я не перебиваю, значит, зацепила. Хотя, не перебивать это ещё и моя привычка, выработанная за время службы в тайной полиции.
  - Я бунтарка. - Сказала ты чуть тише. - Но я умею быть послушной.
Повисла пауза. Потом я кивнул.
  - Я её приобретаю. Оформляйте сделку сейчас.
Я сказал это громко, чётко, чтобы слышали и охрана, и тот пожилой в полотняном костюме. Старик скривился, но спорить не стал. Сделку оформили за пять минут. Планшет, подпись, печать. Ты стала моей собственностью за минуту до того, как толстосум успел повысить ставку. Вздох Ты выдохнула с облегчением впервые с того момента, как очнулась здесь. Свободы это не давало. Никто не обещал, что ты когда-нибудь увидишь Манчестер. Но теперь вместо старика с сальными глазами молодой, подтянутый и с выправкой. Ты не знала, что я сделаю, но знала точно: не будет трогать дрожащими руками и дышать в лицо перегаром тот старик. Это не победа. Это отсрочка. Но за эту отсрочку ты сама поборолась и выиграла. Всё впереди.