Всё ещё не верю, что невозможно ничего исправить. И если полукровки, плоть от плоти нашей, уверены в обратном, то кто я такой, чтобы отказываться хотя бы от искры подобной надежды? Один из 12 Олимпийцев, сын самого Зевса. Тот, кто всегда утверждал, что при достаточной сноровке любое испытание становится не более, чем сложноватой задачей. А может и того проще. Как посмотреть, в общем-то, на количество моего божественного вмешательства. Я ведь покровитель не только воров, глашатаев и торгашей, но и лучших хитрецов, что населяют землю смертных. Неужто не справлюсь с задачей, перед самим собой поставленной? Скольким героям сумел помочь пройти путь по которому прошли они.
Вот только, собственного ребёнка не спас, было то в моих возможностях или нет. Настало время исправить всё, насколько возможно. Пусть даже вмешиваться нельзя мне в это дело...официально. По всем правилам, принятым Олимпом. Боги не участвуют в испытаниях. Более того - не вмешиваются в судьбы полукровок. И потому я, вроде как, отбыл в Египет, к своим старым друзьям, чтобы навестить их. На деле же - присутствую там, где стоит мне быть. Просто не представляюсь Гермесом. Не то что бы практика обычная, но я люблю устраивать то, что ещё Олимп не видывал.
К тому же, нити мойр не лопнули окончательно, бесповоротно, судьба не свершена, пусть истлели настолько, что осталось всего несколько мгновений. Лука, пусть и не жив уже, но и не мёртв ещё. Пошёл против нас, во имя старого врага, отрёкся от крови, его породившей, я понимаю. Пусть гневаются родичи мои, зато я понимаю. Потому что вины нашей в случившемся тоже немерено, пусть никогда ни братья, ни сёстры, ни старшее поколение не признают того. Ведь мы сами, из гордыни собственной, фанаберии остро развитой, отказались от собственных детей, навязав им ужасающие правила. А теперь...Нужно последствия разгребать, исправляя собственные ошибки. Пусть на то воли нет Зевса и никогда не будет. Пусть то вызовет осуждение Олимпа всего, если о том узнают. Я ведь нарушаю все возможные правила сейчас, вмешиваясь в судьбу полукровок. Мы не совершаем геройств самостоятельно. Мы можем помочь героям, на сложном их пути, но ведь не спасать от всех возможных ошибок. И не делать за них всё самостоятельно.
Вот только, собираюсь поступить так, невзирая на последствия все, что обрушатся на голову мою, гневом божественных царей. Ведь это будет после. А я хорош в том, чтобы избегать всяческих проблем. Могу покровительствовать тем, кто взывает об этом, передавать собственным детям.
Жаль, что не всегда достаточно этого. Конечно, Лука хорош был во многом - мой любимец, моя гордость. Талантов было не счесть, как и свойств характера, восхищаться которыми было можно. Но выбор, им сделанный, в минуты гнева по отношению к богам...Знаю, что не подталкивал его к тому. Но всё равно был виновен. Так же, как остальные боги, отказавшиеся от собственных детей во всём, кроме проявлений гордыни собственной. И если они отворачиваться от последствий трусливо любят, то я...впервые возможно, решил пойти по иному пути. Не исправить конечно собственные ошибки - увы, даже богам подобное не под силу. Скорее, сделать для собственного ребёнка хоть что-то возможное. Пусть это слабина для такого, как я, пусть порок в божественном провидении. Но я ведь не был никогда ни хорошим, ни слишком уж послушным. Всегда знал, где найти обходные пути. И Лука, несмотря на свершённые им преступления, получил прощение моё под самый конец. Был благословлён, в отличии от других ушедших полукровок. И потому ещё здесь. Уже не жив, но всё ещё не отправлен ни на поля наказаний, ни в забвение, что может целительным стать. Пытка, обрёк на которую я его сгоряча, не желая отпускать в собственной боли. Потому что это не был предатель, впустивший в мир моего деда в тот момент. Это был мой ребёнок, угасающий с ненавистью, с обидой ко мне. Знаю, что должен был проигнорировать, смириться и отпустить, как тысячелетия поступал до того. Но я не мог тогда. И не хочу теперь. Когда появилась возможность искупить свою вину перед ним. Дать второй шанс, вопреки любому пророчеству.
Так что, оставил дела на некоторое время, поручив их духам и мелким божкам. Сам же явился в Лагерь полукровок, в качестве одного из них. Дейл Варгас, никем не признанный, но всё ещё надеющийся на то, что родитель не отвернётся от него. Намеренно стал ровесником Аннабет Чейз и Перси Джексона, раздражающих своей чванливостью детишек. И всё же, самых подходящих для миссии, которую не только я поручить им решил, но и сопроводить в которой. Боги говорят, что им требуется, какой путь для того есть, чтобы проявить собственную героическую сущность. Достаточно завуалировано для того, чтобы не вмешиваться самостоятельно. И если вдруг что, заявить, абсолютно не моргая, что всё происходящее совершенно не их дело. Не спорю, не абстрагируюсь, не делаю вид, что за мной подобных грешков не водилось, нет конечно. Точно также поступал, как Арес и Афродита. Тоже желал, быть может, где-то в глубинах своего сердца, но не был никогда отцом хорошим. И раз уж мне отпущена целая вечность....Плохо, что Персея, вместе с братцем его одноглазым нет на месте - полезные ресурсы в путешествии, переоценить которые сложно. Однако хорошо, что дочь Афины никуда не делась. Танатос мало отношения к Лагерю Полукровок имеет, вовсе никогда не обратился бы за помощью из-за пропажи своей, случившейся давно уж слишком, чтобы он эмоции по этому поводу испытывал. Не слишком актуально для него, сказал бы. Зато - более, чем в моих интересах теперь. Знаю, что вещица поможет....возможно поможет, привести Луку в чувство. Может быть, он и сейчас не мёртв, всё ещё, но я его видеть хочу в другой степени живости.
Потому информация полубогами получена была, а главные выскочки, как обычно, собираются на потенциально самоубийственную миссию. Естественно. Только почуяв запах приключений и возможность жизнь усложнить окружающему миру, великолепная троица...пятёрка...сколько их теперь?...Тут как тут. Может раздражать, в невероятной степени, Олимп заставить сомневаться, что нам нужно такое количество потомков в мире смертных.
Но в данном случае я вполне с раскладом согласен. Помогал им в прошлых миссиях вынужденно - хотел, чтобы они достучались до сына. А теперь, когда на кону снова его жизнь, решил вмешаться лично. Невзирая на все возможные последствия. Потому что я - это я. Лучший среди лучших. Конечно, так считают про себя все олимпийцы. Но всем из них до пронырливости моей далеко.
Так что, расточаю улыбки обаятельные с момента, как появился в лагере. Силу запрятал подальше - никому, кроме старика Хирона знать не стоит, кто прибыл сюда под личиной полукровки. Кентавр не дурак, чтобы вставать на пути олимпийца, мешать его планам. А детишкам, даже самым умным, недоступен пока уровень подобных познаний. Боги держатся подальше от них пока, после всех прошедших событий, на стадии подготовки мне переживать особо не о чем. А после, в странствиях непосредственно...уж разберусь как-нибудь, с моей-то хитростью.
Единственная моя проблема сейчас - племянница, что к незнакомцам относится с подозрением. Умная, вся в мать. Опытная, во всех этих миссиях героев. Но ей всё равно, ни в голову мою не пробраться, ни под личину, при всём старании. Видит улыбку - слишком дерзкую возможно, чтобы я ей понравился сразу. Слышит, что язык подвешен хорошо - ничуть не хуже, чем у остальных из домика Гермеса. Умею множество вещей, что пригодиться могут в опасном весьма приключении, оказаться в котором придётся нам даже в царстве мёртвых. Но и только-то. Всё в рамках того, что доступно быть может талантливому полубогу. Для места, находимся где, ничего особо странного. Не скрываю предположений собственных - что отцом моим являться может посланец Олимпа. Все таланты лишь о том говорят. Но, пока не признан, остаётся предполагать лишь. И считать, что испытание героя поможет мне обратить на себя внимание божественного родителя. Разве, не самая обычная мотивация для брошенного полукровки?...Гермес к тому же, грешу на которого, слишком занят в последнее время, чтобы вникать в происходящее среди смертных. Или просто в горе пребывает. Никому неизвестно. Никому не отвечает.
Так что, факел вернуть - то, что необходимо Дейлу Варгасу, стать чтобы признанным. Конечно, я не отстану от Аннабет, что отправиться в одиночку собралась делать это. Речь ведь идёт про её друга. Про Луку. Зачем ей на пути этом тот, кто ни за что не поймёт всю важность миссии?
А правду открыть не могу. Это очевидно, всё испортит. И я вижу плюсы очевидные в отсутствии циклопа и сынка Посейдона. Пришлось бы распыляться гораздо сильнее.
Приближаюсь к дочери Афины с ободряющей, невинно-легкомысленной улыбкой. Всегда такой: не представляющий особо никакой опасности. Не знаю, отчего она с самого начала напряжена - с того самого момента, как только вызвался сопровождать её в испытании героя. Разве, такое уж странное желание для кого-то, ей подобного?
- Ну что, Чейз? Готова к нашему путешествию, где будем надирать зад чудовищам и спасать прекрасных дев? У меня всё собрано. Жду лишь тебя. Разваливаюсь на кровати чьей-то, в домике совоокой сестрёнки, разглядывая племянницу. Всем видом являю то, что должен - наивность, новичкам свойственную, глупую смелость, подчерпнутую где-то из сказок. Где герои всегда побеждают с лёгкостью все трудности, боги с радостью помогают им, а в конце, ну конечно, отдаться готова любая самая прекрасная принцесса. Потому что, вроде как...ну, как иначе?
Я же недавно только появился в лагере, никем не признанный. Пропустил все основные события. Потому и беспечен так, словно ихор родителей в наших венах даёт какие-нибудь бонусы к спасению. Нет, конечно. Одни лишь таланты, да проблемы. Все знают.
- Слышал уже, что вы там с этим Джексоном типа крутые, кучу всего наделали и наподдали богам, и Кроноса остановили, и ещё что-то там, но вообще, как? Волнуешься? Всё же, речь про факел Танатоса. Пока нам в Техас и на Парнас, но потом же возможно и в царство Мёртвых придётся спуститься. Жесть, да? Не для меня конечно, проводника душ мёртвых, но для Варгаса, пропустившего все последние войны...То ещё испытание, в теории. Все эти фурии, злобные боги, мрачный Аид и цербер, мечтающий попробовать на вкус тебя. Просто ух.
Но вот, становлюсь чуть серьёзнее - как Дейл непосредственно. Внимательно смотрю в глаза, так похожие на те, что у сестры. Племянница красивая девица, кто же спорит. Если бы ещё умела с дружками своими так не бесить всех нас. И, раз уж была его подругой, помогла Луке.
- Слушай, я недавно тут, не всё знаю. Так что, извини, что так нагло навязался, но ты же сама понимаешь, зачем мне это нужно. Всех боги через вечер, через два, через три признают, а я...никто не взял за меня ответственность. Я быстрый, сильный, неплохо расправляюсь с замками и умею быть красноречивым, думаю мой отец - Гермес, я так похож на ребят из его домика. Но он не появляется. Не хочет признавать меня своим сыном. Стараюсь весёлым казаться по любимой привычке - такой лишь образ и демонстрирую в лагере, с момента своего прибытия сюда. Но горечь не скрыть. Такую естественную в отверженности непринятого сына. Здесь, насколько известно, это основная тема для запар мелкого поколения. Уверен, что эмоции испытываю вполне правильные. Даже почти расчувствовался.
- И я не понимаю, зачем тебе нужен этот факел, но это ведь всё равно, испытание героя. Уверен, если смогу в нём проявить себя, то он...или кто-нибудь другой, пришлёт мне наконец свой символ. Признает меня. Так что, я слышал, что ты хочешь разобраться со всем сама, но я не отстану. А потому, перестань делать вид, что отправляться нам туда не вместе, Хирон уже сказал своё слово. Расскажи, что должен знать. Почему тут все предполагают, что ты помочь хочешь предателю, который чуть мир не помог уничтожить? Он ведь даже не твой брат, а ребёнок Гермеса. Это же не правда? Болтаю неуёмно порой - одно из качеств, что демонстрирую с лёгкостью сейчас Немного чушь, раздражающую Аннабет, понимаю. Но мне ведь надо знать всю подоплёку из её светлой во всех смыслах головушки. Намеренно провоцирую. И не кажусь слишком уж милым. Приподнимаюсь чуть, взгляда не сводя с Чейз. Внимательного, изучающего. Нам на испытание отправляться вместе, в конце концов. Нужно знать более-менее хоть какую-нибудь правду. - Здесь много все обо всём говорят и ничего конкретного. Кем тебе был тот парень? Слухи есть слухи, а домыслы вовсе силы под собой никакой не имеют. Раз отправляемся с дочерью Афины в совместное путешествие, то не помешает хоть малая толика информации. Нам в любом случае спины друг другу прикрывать и рисковать ради того, чем обладают боги. Лучше бы обойтись без неприятных сюрпризов.